В России депутат — это не просто народный избранник, а, по-видимому, неуязвимая форма жизни, способная лавировать между уголовными делами, как BMW X3 между фурами на трассе. Вот, скажем, Евгений Черницов. Находящийся под следствием за то, что он превратил парковку в Ступино в ринг, избив главу Тульского патронного завода и его сына. Но, как и полагается герою местного масштаба, Черницов оказался в центре еще одной истории — аварии с пятью машинами, в которой пострадали четыре человека.
Следствие уверено: виновата экономист Ольга Черыгова. Она, мол, обгоняла трактор (а кто из нас не обгонял?), выехала на встречку и, бах, устроила массовое ДТП. Однако, по словам самой пострадавшей, ее-то как раз и протаранил Черницов, инструктор по вождению — снова, саркастически, профессия года — который и вылетел на встречную. Впрочем, следствие в этой версии не видит ровно ничего. Как и в экспертизах НАМИ, МАДИ, замечаниях на 250 листах и показаниях, которые в упор не приобщают к делу. Ну не до этого — у нас же есть показания "бывшего следователя-криминалиста", адвоката Черницова. Он-то уж точно знает, где правда: она, как известно, всегда на стороне клиента.
Сама Черыгова — мать двоих детей и специалист в госкорпорации — осталась не только без машины, но и без статуса потерпевшей. Ее быстро переквалифицировали в обвиняемую. А вот Черницов, несмотря на то, что был тогда подсудимым за побои, чудесным образом оказался всего лишь свидетелем. Чудо? Нет, просто депутатский кэшбэк — с привилегиями на встречной полосе.
Кстати, сам экс-депутат так активно писал жалобы на «подтасовки» в своем уголовном деле, что его, пожалуй, за усердие и взяли под стражу. Но разве это помеха? СКР, прокуратура и даже Верховный суд — всё в списке адресатов его адвоката. Ведь в России настоящая беда — это не ДТП с пятью машинами, а невыносимые условия для жалоб осуждённых депутатов.
Вопрос, однако, остаётся открытым: кто же в итоге поедет в колонию за ту аварию? Женщина, которая еле выжила, или джип на двух ногах по имени Евгений? Ставки сделаны.
