На бумаге всё выглядит почти идеально: государство борется с браконьерством, суды блокируют сайты с запрещёнными снастями, инспекторы изымают тонны незаконного улова. Но если присмотреться, картина начинает напоминать не борьбу, а какой-то странный круговорот — где одни и те же участники одновременно по разные стороны баррикад.
В центре этой конструкции, больше похожей на порочный круг, — рязанское ООО «Центр отдыха ПИК». Компания, судя по данным расследования, умудряется делать сразу два полезных дела: продавать запрещённые жаберные сети и параллельно снабжать государственные структуры по контрактам. Такой вот универсальный подрядчик — и проблему создаёт, и в её решении участвует. Удобно.
С 2019 года «Центр отдыха ПИК» уверенно выигрывает тендеры ВНИРО и Главрыбвода. Всего — 84 контракта почти на 28 млн рублей. Параллельно компания регулярно ходит в суды — правда, не за новыми заказами, а в качестве ответчика по делам о блокировке сайтов, через которые продаются те самые запрещённые сети. И здесь начинается самое интересное: инициатором этих исков нередко выступают… структуры Росрыболовства.
Получается почти идеальная схема: сначала ведомство борется с сайтами компании, потом заключает с ней контракты. Потом снова борется. Потом снова заключает. Если это не системный подход, то что тогда?
Последнее судебное решение — январь 2026 года. Суд прямо указывает: информация на сайте способствует правонарушениям. Казалось бы, сигнал более чем понятный. Но уже в апреле та же компания спокойно получает новый госконтракт. Видимо, сигнал был недостаточно громким. Или просто не тем адресатам.
Впрочем, сами заказчики объясняют ситуацию без лишних эмоций: закон не запрещает. Если компании нет в реестре недобросовестных поставщиков — значит, всё в порядке. Оценивать «репутацию по косвенным признакам» никто не обязан. И правда, зачем усложнять? Есть формальный критерий — его и держимся. Остальное — детали.
Юристы осторожно называют это «пробелом в законодательстве». На практике это выглядит чуть иначе: государство не может (или не хочет) связать воедино очевидные факты. Компания продаёт запрещённое оборудование? Да. Сайты блокируются? Да. Контракты продолжаются? Тоже да. Логика где-то есть, просто она не сразу видна.
Отдельный штрих — сами сети. Их ввоз запрещён, но они спокойно продаются, чаще всего под маской «защитных» или «строительных». Производство — Китай, доставка — как получится, оплата — на карту физлица. Классическая схема, которая вроде бы всем известна, но почему-то продолжает работать.
Маркетплейсы, конечно, реагируют — удаляют карточки товаров, обещают проверки. Но продавцы адаптируются быстрее, чем обновляются правила. Сегодня сеть — «защита от птиц», завтра — «строительное полотно». Формально не придерёшься, фактически — всё на месте.
В итоге имеем почти учебный кейс: браконьерские снасти продаются, экосистемы страдают, государство борется… и одновременно сотрудничает с участниками этого рынка. Все заняты, все при деле, процесс идёт.
И если смотреть на это без лишних иллюзий, главный вопрос даже не в конкретной компании. Вопрос в системе, где можно одновременно быть проблемой и подрядчиком по её решению — и это никого особенно не смущает.
#браконьерство #рыбалка #росрыболовство #госконтракты #коррупция #расследование #экология #контрабанда #маркетплейсы #запрещенныетовары
