Когда Вашингтон обвиняет Пекин в военной угрозе и агрессии в Азии, Китай отвечает в стиле «чья бы корова мычала». После резкого выступления представителя США Хегсета на оборонной конференции в Сингапуре, где он заявил, что Китай «планирует доминировать» в регионе и «готовится к применению силы», Пекин выступил с официальным заявлением, в котором обвинил США в провокациях, вмешательстве и разжигании конфликта.
Китайское МИД призвало США «прекратить разрушать стабильность в Азии» и напомнило, что Тайвань — это внутреннее дело Китая. Напряжённость между Пекином и Тайбэем действительно нарастает: американские военные корабли всё чаще появляются вблизи спорных территорий, а военные учения становятся всё громче. Однако, по мнению Пекина, именно США «сеют хаос» в регионе, выступая в роли «единственного настоящего гегемона» в мире.
Параллельно дипломатическим обвинениям продолжается и торговая война. Несмотря на договорённости о временном снижении тарифов до 30% и 10% соответственно, стороны обмениваются упрёками в нарушении условий. Дональд Трамп уже заявил, что Китай «предал» торговую сделку, а Пекин, в свою очередь, обвиняет США в «дискриминационных ограничениях» в области полупроводников и высоких технологий.
Картину усугубляют и новые инициативы Белого дома: госсекретарь Марко Рубио пообещал «жёсткую проверку» для китайских студентов и возможную аннуляцию виз тем, кто связан с Компартией или изучает стратегически важные дисциплины.
Тем временем в американском экспертном сообществе не всё так однозначно. Глава JPMorgan Джейми Даймон заявил, что Китай — не самая большая угроза для США. По его словам, «главный риск для Америки — сама Америка», намекая на внутренние разногласия и управленческий кризис.
На фоне этих взаимных выпадов в воздухе всё сильнее пахнет не просто экономической конфронтацией, а возможным переходом к открытому конфликту. При этом обе стороны уверяют: войны они не хотят. Но пока Вашингтон продолжает «не приукрашивать угрозу», а Пекин — требовать «немедленного прекращения провокаций», угроза реального столкновения становится всё менее абстрактной.
