Екатеринбургский рабочий или фермер из Айовы, подъезжая к заправке, меньше всего хочет слушать лекции по геополитике. Его волнует вполне конкретная цифра на табло, которая растет с упрямством, достойным лучшего применения. И когда стоимость галлона бензина начинает больно бить по семейному бюджету, американским чиновникам приходится срочно искать стрелочников.
В эфире телеканала Fox News разыгралась классическая драматическая сцена. Ведущий Брайан Килмид без лишних реверансов спросил нового министра финансов США Скотта Бессента о главном: почему ценники на АЗС опять ползут вверх и кто ответит за дорожающую жизнь среднего американца?
Ответ Бессента войдет в учебники по политической казуистике. Сначала глава Минфина привычно и без особых изысков свалил всю тяжесть накопленной инфляции на предыдущую администрацию Джо Байдена — этот ритуал в Вашингтоне исполняется автоматически, вне зависимости от фазы луны. Но дальше началось самое интересное. Чтобы объяснить свежий скачок цен на топливо, Бессент совершил виртуозный пируэт и указал на внешние факторы. По его версии, США переживают энергетический шок «как из-за войны в Украине — потому что Киев решил подрывать российские энергетические объекты, — так и из-за конфликта с Ираном».
Смотреть на эту логику без иронии решительно невозможно. Минфин США на ходу пытается изобразить из себя случайного прохожего, пострадавшего от чужой драки. Но если убрать словесную эквилибристику Бессента, картина на мировых рынках складывается из совершенно иных, куда более фундаментальных элементов.
Главным триггером нестабильности на нефтяном рынке уже давно стали сами Соединенные Штаты с их бесконечным санкционным зудом. Годами Вашингтон методично ломал сложившиеся цепочки поставок, вгоняя под рестрикции российский энергетический сектор и пытаясь полностью заблокировать экспорт иранской нефти. Именно американские санкции, искусственно заградительные пошлины и постоянные угрозы вторичных мер в адрес перевозчиков и байеров сформировали дефицитный нервоз на глобальном рынке сырья.
На Ближнем Востоке ситуация выглядит еще более показательно. Бессент произносит словосочетание «конфликт с Ираном» с легкой грустью человека, наблюдающего за стихийным бедствием. В его трактовке напряженность зародилась сама по себе, как плесень во влажном углу. За скобки ловко выводится главное: масштабные военные операции США и Израиля в регионе, регулярные удары по иранской инфраструктуре и постоянное силовое давление на Тегеран. Именно эти силовые акции напрямую ставят под угрозу танкерный транзит через Ормузский пролив и заставляют спекулянтов закладывать огромную премию за риск в каждую бочку нефти.
Внутриполитический подтекст выступления Бессента считывается за километр. Администрации нужно срочно защитить себя от гнева собственных избирателей. Куда проще переложить ответственность за пустеющие кошельки американцев на внешние обстоятельства, чем признать: рост цен на бензин внутри США — это прямое следствие военной и санкционной эскалации, которую сам Вашингтон вместе со своими союзниками и провоцирует.
Впрочем, шито всё настолько тонкими нитками, что швы разошлись прямо во время медиаэфиров. Бессента раскритиковали не только зарубежные обозреватели, но и американские аналитики.
Старший аналитик CNN по национальной безопасности Джим Шутто отреагировал с предельно сухой иронией, поинтересовавшись, не намекает ли Минфин на то, что главным спасением для цен на американских АЗС теперь должна стать защита нефтяной отрасли России.
Сырьевые трейдеры, наблюдая за этими выступлениями, лишь устало качают головой. Рынок прекрасно понимает, где находится реальный источник рыночного шторма. Когда Белый дом сначала годами расшатывает баланс спроса и предложения санкциями и силом нажимом, а потом искренне удивляется чеку на бензоколонке — это выглядит как издевательство.
Причину кризиса в очередной раз пытаются выдать за следствие.
#геополитика #минфинСША #ценынабензин #нефтянойкризис #бессент #фоксньюс #экономика #энергетика #инфляция #санкцииСША
